Размер шрифта: A A A Изображения: Включить Выключить Цвет сайта: Б Б Б Выход

Николаенко А. И.


Может возникнуть естественный вопрос: при чем тут библиотека Кукольника и А.Чехов, которому посвящена конференция. Чтобы заранее снять подобные вопросы, отметим: в гимназии, где учился А.Чехов хранились, и до сих хранятся книги из библиотеки Кукольника, на которых имеются его автографы. Но, как это ни печально, каких либо исследований по этому вопросу мне обнаружить не удалось, несмотря на то, что с момента смерти Кукольника минуло более 135 лет.


Книги были всегда постоянными друзьями русского писателя Нестора Васильевича Кукольника. О его работе с книгами свидетельствуют его письма, сохранившиеся материалы и рукописи, отдельные публикации его. В настоящем сообщении предпринята попытка обобщить накопленные автором материалы, полученные в результате собственных исследований, а также разысканий в этом направлении, произведенных московской студенткой О. С. Шарыгиной.


Можно утверждать, что в различные периоды жизни Н. Кукольник пользовался книгами из различных библиотек. В начале это была библиотека отца. Затем большое влияние оказала на молодого Кукольника библиотека Гимназии. В последующие годы можно говорить о наличии двух собственных библиотек Кукольник – библиотека петербургского периода жизни (1831-1857) и библиотека таганрогского периода (1858-1868), которые надо считать единой в ее динамике. Чем служила для Кукольника библиотека? Ответ на этот вопрос мы находим в одной из его статей, где, описывая свое знакомство с библиотекой герцога Лейхтербергского, он замечает: «Это сокровищница наук и художеств; это не кабинетная библиотека. Такая библиотека есть некоторого рода учебное заведение со своим внутренним управлением» [1]


О том, какие книги входили в библиотеку Кукольника, преобразовываемую жизненными событиями и постоянно дополняемую новыми поступлениями, можно судить по встречающимся заметкам в письмах, записных книжках и т.п., а также сохранившихся на отдельных книгах надписях. Несомненно и то, что в библиотеке Кукольника (далее упрощенно называется библиотека) были книги по вопросам, отражавшим его интересы (история, искусство, музыка и т.п.).


Кукольник не был библиофилом. Он не собирал книги, подчиняясь страсти коллекционера. Важные и интересующиеся его книги он всегда откладывал для себя. Так, в письме Великопольскому, отвечая на его просьбу возвратить подаренную книгу Кукольник писал отказом и так объяснял это:


«Не смею думать, чтоб она была украдена. Но за слуг, нерасторопных и неграмотных, отвечать не могу. У меня весь почти Вальтер Скот переехал на кухню. Не удивительно. Если и ваше произведение попало туда же вместе с журналами, которых я не читаю. Рассеянность моя приводит меня в отчаяние. Тем более что, прочитав Ваши пьесы, я именно назначил их к сохранению в библиотеке. Но, приготовляясь сделать им разбор для себя, - что я делаю с каждой замечательною книгою, - оставил их наверху, между журналами…» [2].Видимо поэтому каких- либо каталогов, описей книг библиотеки не обнаружено


Здесь хотелось бы обратить внимание на две немаловажные детали.


1.Свидетельство о «рассеянности». Оно приводит Кукольника в отчаяние. И, видимо, было из-за чего. Так, пропали письма Даргомыжского, которые у него попросил Кукольник для опубликования в журнале «Иллюстрация». Письма опубликованы не были, а подлинники их считаются сегодня утраченными. Они были у Кукольника, но так до сих пор и не обнаружены. Видимо по этой же причине и сохранилось эпистолярное наследие Н.Кукольника, вернее многочисленные письма к нему.


В этих условиях надо отметить сохранившийся рукописный экземпляр глав 4 и 5 из «Евгения Онегина», сделанный Кукольником еще в годы обучения в Гимназии (1828 г.). Экземпляр хранится в отделе рукописей ГПБ С.-Петербург. Сам факт сохранения этого экземпляра свидетельствует, что он был «назначен к сохранению в библиотеке» как «замечательная книга». А это, в свою очередь, опровергает широко распространенные советским литературоведение вымыслы, что «Кукольник не любил Пушкина», подкрепляемые ссылками на Гоголя [3]


2.Свидетельство, что «журналов я не читаю». По-видимому, это действительно было так. Из тех журналов, где содержались его произведения, делались конволюты, куда включались только произведения Кукольника. Пример такого конволюта, составленного из журналов «Библиотека для чтения», можно назвать экземпляр, который хранится в библиотеке музея-заповедника г. Таганрога. Конволюта содержит тексты четырех пьес. Они кем-то собраны, сшиты, переплетены, снабжены надписью «Для Кукольника»


Однако исключение из этого правила Кукольник делал для собственных изданий и альманахов (не журналов). В Таганрогском музее-заповеднике обнаружен комплект «Художественной газеты» за 1838 год, который, судя по имеющемуся на нем пометам, принадлежал Кукольнику. Правда, пометы принадлежат не Кукольнику, а кому-то из Работиных (скорее всего Константину), но имя Кукольника упоминается. То же можно сказать и о комплекте журнала «Иллюстрация» за 1845 год, хранящийся в РГБ (бывшей Ленинской библиотеке). На нем имеется надпись: «Сергею Дмитриевичу Полторацкому от редактора и издателя Нестора Васильевича Кукольника. - Воскресенье. 17 февраля 1846. С.Петербург».


Хранились в библиотеке Кукольника и альманахи. Так Н.Н. Журавлевой (Таганрог) в РПБ СПб обнаружен экземпляр альманаха «Молодик» за 1843 год. О принадлежности его Кукольнику свидетельствует подпись, сделанная, по-видимому, Кукольником под стихотворением «Из Шиллера (у ручья веселый отрок)». Автор стихотворения не указан, но сохранившийся автограф подтверждает авторство Н.Кукольника. [4]. Видимо это он и хотел подчеркнуть подписью в хранившемся у него экземпляре.


Вторым таким альманахом я считаю хранящийся сейчас в харьковской библиотеке им. Короленко альманах «Снип». Издан он был в 1841 году таганрожцем А. А.Корсуном. Харьковский ученый И.Соина обратила мое внимание, что на хранящемся альманахе имеется надпись, свидетельствующая, что этот экземпляр был выслан А. Корсуну в Таганрог. Учитывая, что в 1861 году вся библиотека, равно как и имение, Корсуна сгорели, весьма вероятно, что этот экземпляр из библиотеки Кукольника, которому Корсун вручил его возможно еще до переезда Кукольника в Таганрог.


К принадлежавшим Н.Кукольнику, видимо, надо отнести и хранящийся сегодня в Ростовской публичной библиотеке экземпляр альманаха «Новогодник», а также в Таганрогской библиотеке им. А.П.Чехова альманах «Страницы русской живописи», хотя прямых доказательств этого пока не обнаружено.


Конечно, одному человеку не под силу посетить все библиотеки хотя бы России, чтобы выяснить какие их хранящихся сегодня книг Кукольника были у него в библиотеке. Но все же описанные выше находки, а также те, что были сделанные мною и О.С.Шурыгиной, дают основание утверждать, что книги из библиотеки Кукольника разошлись по всей России. Видимо, это начало происходить сразу после его смерти.


Последнее упоминание о библиотеке Кукольника относится к 1869 году, когда известный музыковед А.Фаминцын обратился к вдове Кукольника с письмом. Само письмо не найдено, но ответ сохранился:


«Милостивый государь Александр Сергеевич! – отвечает вдова Кукольника. – С удовольствием исполнила бы Вашу просьбу о доставлении Вам переписки умершего мужа моего […], но в настоящее время, к сожалению, не могу этого сделать: муж мой умер, не оставив никакого распоряжения, вследствие чего имущество его недвижимое и движимое, со всею его библиотекой и перепискою между коей может быть находятся письма и заметки Глинки, описано и опечатано до явки наследника по ним, т. е брата Павла Васильевича…»[5]


Известно, что Н.Кукольник умер 21 декабря 1868 года. Удалось разыскать письмо П.Кукольника брату. Оно хранится в отделе рукописей Русского музей, иногда цитируется, но при этом не обращают внимания на дату письма. А оно датировано 3 июля 1869 года. Дата поставлена самим автором письма. В письме П.Кукольник обращается к брату как к живому человеку. Об этом же говорит и приписка на письме, сделанная М.Железновым, от которого оно поступило в архив. Она гласит: « Половина этого письма осталась у Нестора Васильевича».


Все это выглядит странно, так как Н.Кукольник умер за полгода до этого. А наследник, брат его, Павел Васильевич как бы еще ничего не знает об этом. Не исключено, что это делалось сознательно, скорее всего, окружением вдовы, позже вступившей во второй брак с П. Работиным. О причинах такого обстоятельства сказать не можем, но чувствуется, что к творческому наследию Кукольника, к его библиотеке кто-то имел определенный интерес, тем более что вдова Кукольника была малограмотной и по-русски писала очень плохо (она была немкой).


В конце концов вопрос с наследником решился. Племянник Кукольника А.Пузыревский вспоминал: «.. после смерти Кукольника достались все его бумаги, в числе которых были и его записные книжки» [6]. Как решился вопрос с библиотекой, неясно. Есть сведения, что наследники поступили согласно семейной традиции. Так в 1821 году брат Нестора Васильевича Платон Кукольник после смерти отца подарил всю его библиотеку Нежинской гимназии: «Ревнуя усердию благотворителей рода человеческого, основавших и старающихся усовершенствовать в малорусском крае Гимназию высших наук,- писал П.Кукольник, - осмеливаюсь предложить в дар принадлежащее мне собрание отборных классических сочинений, состоящих из 500 томов» [7]. Видимо в 1869-70 годах это же сделали и наследники Н.Кукольника, передав его библиотеку Таганрогской гимназии, в которой в то время учился А.П.Чехов, И до сегодняшнего дня многие книги этой библиотеки находятся в библиотеке им. А.П.Чехова, а также в библиотеке таганрогского музея-заповедника.


По поводу поступления этих книг в библиотеку Гимназии г. Таганрога существует несколько публикаций. [8]. Сегодня общее количество сохранившихся книг составляет не более двух десятков наименований. Они хранятся в библиотеке музея заповедника и в отделе редких книг библиотеки им. Чехова. Среди этих книг имеются книги с автографами самого Кукольника, так и других лиц (П.В.Кукольника и Г. Базили), подаривших ему свои книги. Причем подарок был сделан друзьями в Таганрогский период жизни Н.Кукольника (1862-1863 гг.), что опровергает измышления отдельных авторов о том, что «в свое время он пренебрег ими (друзьями. – А.Н.), они там забыли про его существование, как забыл Питер и вся Россия. Он умер еще при жизни» [9].


Если описывать сохранившиеся книги, то надо отметить, что на экземпляре книги «Роксолана», хранящейся в библиотеке Чехова, имеется надпись «Н.Кукольник». Кому принадлежит надпись, установить пока не удалось. Книга не имеет штампа «Гимназия», который имеют остальные, а есть «Печать дирекции Таганрогского театра».


Подобные надписи обнаружились и на других книгах, но это не является свидетельством, что данная книга принадлежит библиотеке Кукольника. Так, в Ярославской областной библиотеке на книге «Торквато Тассо» имеется такая же надпись. Но это не почерк Кукольника, а автором книги, как удалось установить, является Киреев. Можно считать, что это обычная рабочая надпись библиотекаря, сделанная библиотечным почерком [10]. На 1 томе собрания сочинений Н.Кукольника, явно хранившемся в библиотеке таганрогской гимназии, имеется надпись «Библиотеке гимназии Таганрогской», но из-за характерного написания буквы «К» достоверно посчитать ее сделанной Кукольником нельзя. В этой же книге, на стр. 242, где дан перечень действующих лиц драмы «Скопин-Шуйский» против каждого действующего лица сделаны пометы, представляющие сокращенные имена или фамилии. Почерк не отчетлив, но не исключено, что эти пометы были сделаны самим Кукольником. На стр. 351 возле заголовка «Джулио Мости» от руки приписано «Написано в 1832-33 годах». Эта приписка взята карандашом в квадрат и добавлено тем же почерком «опубликовано в 1836 г.». По почерку можно предположить, что пометы принадлежат Н.Кукольнику.


Наконец, в этом же томе в драмах «Торквато Тассо» и «Рука Всевышнего Отечество спасла» имеются подчеркивания в тексте. Подчеркнуты сроки, в которых имеются высказывания патриотического характера, возвышающие Россию и призывающие защищать ее. Такие же пометы имеются в отдельном издании «Руки Всевышнего…», хранящейся в библиотеке музея – заповедника. [11].


Относительно хранящихся в библиотеке музея заповедника (Таганрог) книг «Лицей князя Безбородко» можно найти такую запись в письме племянника к Кукольнику (1859): «Лицей князя Безбородко переплел отлично, хорошо, за 2 р.с., пришлю при случае. - Теперь я могу и взять к себе и ваши 50 экземпляров, места много».[12]


Таким образом, основная часть сохранившейся библиотеки Н.Кукольникам, можно утверждать, находится в Таганроге. Вероятнее всего передал ее таганрогской гимназии И.А.Пузыревский, племянник Н.Кукольника, ставший правопреемником по общему согласию всех родственников. Ее удалось сохранить вопреки всем трудностям, которые выпали на долю книжных фондов в ХХ веке.


А трудности были серьезные. В 1923 году Главкомпросвет РСФСР за подписями Н.К. Крупской и начальника Главлита П. И. Лебедева-Полянского выпустил «Инструкцию о пересмотре книжного состава библиотек и изъятии контрреволюционной и художественной литературы». Удалению из библиотек подлежали книги 992 авторов, среди которых был и Байрон, и Есенин, и Конан-Дойл. Все изданное по старой орфографии относилось к разряду «макулатуры» и подлежало прямому уничтожению. Под видом такой «макулатуры» из Исторического музея в Таганрог поступили и книги Кукольника. Каким образом удалось избежать такой же судьбы и книгам из библиотеки Кукольника, хранившимся в Таганроге, сказать трудно.


Под видом заботы о расцвете культуры все книги в советское время были разделены на две категории: допускающиеся для читателя (каталог при входе в библиотеку) и упрятанные в малодоступных местах. Фактически для читателей был скрыт генеральный каталог библиотеки.


В 1941-43 года, в годы оккупации, когда на таганрогскую землю оккупанты несли «новую культуру», была организована акция переоценки книг, сохранившихся в книгохранилищах. Книги Кукольника были просмотрены специальными цензорами (по Таганрогу их было несколько), прошли и такую цензуру и уцелели. Не думаю, что здесь сыграл роль тот факт, что жена Кукольника была немкой, как это было в случае с музеем А.П.Чехова в Ялте, но, тем не менее, отметки цензоров на книгах сохранились. Правда, на экземплярах, хранящихся в библиотеке А.Чехова, позднее по чьему-то указании штамп с подписью цензора был вырезан.


Конечно, большая часть книг из библиотеки Кукольники рассеяна по книгохранилищам России и Украины. Об этом можно судить только по сохранившимся надписям или автографам на титульных листах книг. Помимо упоминавшихся альманахов и журналов, назовем здесь такие издания, где удалось найти автографы или надписи:


1.»Морской праздник в Петербурге», 1854. Имеет надпись: «Его Высокопревосходительству Петру Ивановичу Риккорду бесконечно уважающий Н.Кукольник» Книга хранится в библиотеке им. Короленко в Харькове. Попала из библиотеки Данилевского. На книге Данилевский сделал запись «подарок Рикорда». Заметим, что Рикорд П.И.(1766-1866) адмирал, академик, исследователь северной части Тихого океана.


2. «Денщик». Имеется автограф Н.Кукольника. Хранится в Исторической библиотеке Москвы.


Сложнее дело обстоит с рукописными материалами. Они попали к И.Пузыревскому, о чем он говорит сам. В дальнейшем, он пытался опубликовать их. Посмертно были опубликованы «Выдержки из записок Н. Кукольника (РС., 1870, № ХП), роман «Иоанн Ш, собиратель земли русской» (1874), драма «Гофф-юнкер» (1871) повести «Морис Саксонский», «Ольгин Яр», «Крепостной художник» («Нива»,1909).Разумеется, в современных библиографических указателях эти, как и многие другие, произведения Н.Кукольника опущены [13]


Но часть переданных в редакции рукописей не была напечатана и пропала безвозвратно. Исчезли у Некрасова Н. А. «Воспоминания», относящиеся к А.Чернышеву. Они были в редакции в 1870 году. Исчез и подлинник Дневника Кукольника, проданный племянником издателю журнала «Баян» П. Вейнмару. Имеются сведения, что «часть этой рукописи была приобретена в один из послереволюционных годов для библиотеки Г.Л. Консерватории» [14]


Большая часть рукописей попала в коллекцию Дашкову, благодаря чему она сохранилась. Сегодня эти рукописи хранятся, в основном, в Пушкинском Доме.


Что касается писем Кукольника и к нему, то подробный обзор их может составить отдельное исследование. Здесь же уместно сказать, что утрачена переписка Кукольника с Пушкиным, хранившаяся в Таганроге и почему-то не попавшая к И. Пузыревскому. То, что часть рукописей Кукольника попала в Таганроге к третьим лицам, минуя племянника, говорит тот факт, что в 1897 г. в «Русской Старине» было опубликовано письмо Кукольника к Александру 1. Публикация снабжена припиской «Сообщил П. К.Работин». То, что П.К.Работин не мог быть ни наследником Кукольника, ни и его вдовы, доказывать не приходится [15], а как к нему попало это письмо можно только предполагать.


Весьма загадочным является нахождение подлинника письма Н. Рамазанова к Кукольнику, где описывается процесс снятия посмертной маски с умершего Гоголя. Письмо сегодня хранится в фонде Данилевского в ГПБ СПб. На письме имеется надпись Данилевского «Дано Н.Ф.Щербиной на память». Объяснение этому пока не найдено, хотя Ф.Щербина и Н.Кукольник жили в Таганроге примерно в одно время и общались.


Сегодня все рукописные материалы Н.Кукольника хранится в ИРЛИ (ф.371), РГАЛИ (ф 254) и ГПБ (ф402). Имеются рукописи в отделе рукописей РГБ, а также, по имеющимся данным в ЦГИА и ГВИА. Где еще находятся рукописи Н.Кукольника, трудно сказать, сказать трудно.


ПРИМЕЧАНИЯ


1.Н.Кукольник. . О дворце великой княгини Марии Николаевны // Иллюстрация, 1845, т.1, № 1, стр. 5

2.Б.Л.Модзалевский. Пушкин и его современники М., [1999], стр.405.

3.Соколов В.Б. Гоголь: энциклопедия, М., 2003, с. 206. см. также С. Машинский Гоголь и дело о вольнодумстве М., 1959, с. 153; Черейский Л. А. Пушкин и его окружение, Л., 1988, с. 219.

4.ОР ГБР ф. 32,картон 12, ед. хр.1, л. 278-278 об.

5. ОР ГПБ фонд 85 Фаминцына, оп. 1, д. № 495

6. И.А.Пузыревский. За что и как был выслан в Вятку М.Е.Салтыков // М.Е.Салтыков Щедрин в воспоминаниях современников. Т.1, М., 1975, стр.55

7. Летопись жизни и творчества Николая Гоголя. Нежинский период (1821-1828). Составители Жаркевич Н. М., Кирилюк З.В., Якубина Ю. В.. Нежин, 2002, с.27.

8. А. Цымбал. После громкой славы // Таганрогская правда, 16 февраля 1982; А.Николаенко Тысячелетие // газ. Таганрогский курьер № 41, 1999 октябрь. Высказанное в последней публикации мнение, что свои книги Н.Кукольник сам передал Гимназии во время встречи с гимназистами, после выступления перед ними по поводу празднования 1000-летия России, было ошибочным. На что указала мене научный сотрудник таганрогского музея – заповедника А.Г. Алферьева, которая нашла в «Полицейском листке Таганрогского градоначальства» № 24 от 15 октября 1862 сообщение, что Кукольник выступал с речью о тысячелетии России в коммерческом клубе. Считаю своим долгом выразить ей за это благодарность.

9. Ю.В.Григорьев. Библиотечный почерк. М., 1956, с 3-5. См. также О.И.Талалакина. История библиотечного дела за рубежом, М., 1972, с.149-150.

10. Мушкетик Ю.М. Жовтий цвіт кульбаби: Історичні повісті. – К., 1985, с.183.

11. А.Николаенко Библиотека Кукольника: как собрать воедино.// газ. «Дар», Ростов – на-Дону, июнь, 188

12. ОР ИРЛИ, ф. 371. ед. хр. 115

13. История русской литературы Х1Х века. Библиографический указатель под ред. К.Д.Муратовой. М.-Л., 1969, с. 391-393.

14. А. Н. Римский – Корсаков. Отрывки из дневника Кукольника // В кн. Глинка М.И. «Записки». М.-Л., 1930, с. 451.

15. О передаче наследства И. А. Пузыревскому см. выше источник № 6, а также « Завещание вдовы Кукольника (копия)» // ГАРО, ф. 577, оп. 1, д. 32, л. 22-24.


Создание сайта ® intelino, 2010
Разработка и создание сайта