Размер шрифта: A A A Изображения: Включить Выключить Цвет сайта: Б Б Б Выход

Чехов и Чайковский



«Чайковский был одним из самых обаятельных
художников и людей… я встретил еще одного
человека, который походил на него, и это был Чехов».
Рахманинов С
.



    Чехов и Чайковский. Эти имена еще при жизни ставились рядом. Казалось бы, что может связывать этих двух людей. Встретились они тогда, когда Чехов был еще начинающим, хотя и подающим надежды литератором, в то же время Чайковский был уже маститым, известным во всем мире композитором, значительной была и разница в возрасте, знакомства и встречи их были кратковременными. Но связь была и значительно более глубокая – не просто дружеские симпатии, но близость духовная внутренняя, что не всегда возможно объяснить словами. И наиболее ярко это выражается при сопоставлении творчества двух художников. Сближает их прежде всего общий художественный строй, общая поэтическая интонация творчества. В произведениях великих современников, русских по духу, в неповторимой яркой индивидуальной форме выразился вдохновенный лиризм, мужественный пафос преодоления скорби, удивительная сердечность, высокое жизнеутверждающее начало. Сближает их и отношение к творческому труду, как главному делу жизни, страстная любовь к русскому человеку, русской природе, обаятельная искренность и простота.
    «Мне кажется, что испытанные в годы юности художественные восторги оставляют след на всю жизнь и имеют огромное значение при сравнительной оценке нами произведений искусства даже в старческие годы» – эти строки писал П. И. Чайковский о себе и своих впечатлениях. И это верно по отношению как к самым, так сказать, обыкновенным людям, но с еще большим основанием к таким гениальным художникам, каким стал А. П. Чехов.
    Любовь к музыке зародилась у Чехова еще в юности, одновременно с увлечением литературой и театром. Музыка была необходимой частью атмосферы, в которой жил и созревал талант Чехова. Она обостряла у писателя поэтическое видение мира, углубляла понимание внутренней жизни человека, давала драгоценные для художника творческие импульсы. Все, что Чехов получил от музыки, он с изумительной щедростью отдал людям. А формирование всего этого началось еще в детстве и большую роль сыграл сам уклад семьи Чеховых. Отец писателя увлекался пением, рисовал, играл на скрипке. Родители по-своему заботились о музыкальном образовании детей. Все они учились у музыканта-любителя. Отец любил петь по нотам и приучал к этому детей – каждым вечером начиналось пение хором. Здесь же разыгрывались дуэты на скрипке отца писателя с сыном Николаем, сестра Маша аккомпанировала на фортепиано. Начинал учиться на скрипке и Антон Павлович, вместе с братьями он участвовал в церковном и гимназическом хорах. Очень сильны были впечатления от соприкосновения с народной песней, которая постоянно звучала и в семье, и во время путешествий к родственникам в деревню. Да и сам город имел репутацию музыкального. Всеобщим увлечением как знатных горожан, так и простого населения до извозчика и кухарки была итальянская опера, которую содержали зажиточные купцы. Большим событием в городе были и симфонические оркестры дирижера Г. Молла, которые проходили в городском саду летом, а зимой в театре. Посещал Антон и концерты в доме именитого купца – грека Алфераки. Все это позволяет сказать, что в воспитании музыкальных чувств юного Чехова решающую роль сыграла общая эстетическая атмосфера, в которой он жил. Именно тогда и была подготовлена почва для восприятия и расширения круга музыкальных интересов Чехова, в котором со временем такое большое место занял Чайковский.
    С августа 1879 года Чехов в Москве и очень полюбил столицу. Музыкальная атмосфера Москвы заполнила и дом Чеховых. В письме к брату Александру Антон Павлович рассказывает о вечерах в доме, на которых звучат романсы «Ночи безумные», «Поймешь ли ты», народные песни. Братья Чеховы слушают пианистку Спенглер, юного Скрябина. И особое место в московских впечатлениях занимает Всероссийская художественно-промышленная выставка 1882 года. В ее концертном зале на 2000 мест звучали произведения Чайковского, среди дирижеров и исполнителей С. Танеев, А. Рубинштейн, А. Бродский. Эти концерты вызвали живейший интерес в семье Чеховых.
    Чайковский в Москве с 1866 года и пишет: «Я уж теперь до конца жизни останусь закоренелым москвичом…». Вот и эта любовь к городу писателя и композитора знаменательна. Здесь вырастали многие писательские и дружеские связи, в том числе Чехова и Чайковского.
    Николай, брат Антона Павловича, сделал для июльского номера журнала «Будильник» рисунок «Концерты на выставке». В январе 1881 года состоялась премьера оперы «Евгений Онегин», а в феврале на сцене Большого театра была поставлена опера «Мазепа». Таким образом, в это время еще не состоялась личная встреча Чехова и Чайковского, но жили оба в сфере одних и тех же музыкальных событий и впечатлений.
    Музыка была неотъемлемой частью атмосферы, в которой жил Антон Павлович. Она обостряла у писателя поэтическое видение мира, углубляла понимание внутренней жизни человека, давала драгоценные для художника творческие импульсы. Все, что Чехов получил от музыки, он с изумительной щедростью отдал людям в своих произведениях.
    В. И. Немирович-Данченко тонко определил музыкальную особенность Чехова-драматурга: «Чеховскую поэзию можно сравнить скорее с музыкальными произведениями П. И. Чайковского… У Чехова в каждом акте своя музыкальность, свой музыкальный рисунок. Вот идет шумно форте, и вдруг – скерцо, а затем наступила тишина и т. д. Язык Чехова наполнен весь музыкальностью».
    Особенно любил Чехов оперу «Евгений Онегин». Здесь органически соединялась любовь писателя к Пушкину и Чайковскому. Глубокая реальность изображения, тончайший лиризм, простота и выразительность музыкального языка, подлинно русский национальный характер героев оперы – все это было бесконечно близко Чехову. Одухотворенность, лирика, психологический реализм Чехова в свою очередь, безусловно, созвучны «лирическим сценам Чайковского».
    Несомненно, Чехов многим обязан Чайковскому в своем музыкально-эстетическом развитии. Антон Павлович мог назвать среди своих учителей не только выдающихся русских писателей, но и Чайковского. О глубине и силе воздействия музыки Чайковского на писателя свидетельствуют и ряд прямых откликов в произведениях Чехова: 3-му действию пьесы «Леший» предшествует ария Ленского из оперы «Евгений Онегин», которая исполняется на рояле за сценой, а в «Рассказе неизвестного человека» Чехов рисует, как музыка Чайковского вызывает у одного из героев произведения, петербургского чиновника, глубоко скрытые человеческие чувства. Целиком навеян сценой письма Татьяны полный лиризма и мягкого юмора рассказ «После театра».
    Так же, как Чехову музыка, Чайковскому была всегда близка литература – «…она была, после музыки, главным и существеннейшим его интересом». Он сам писал стихи, музыкально-критические статьи. Любил классиков, был знаком со многими: Л. Толстым, А. Н. Островским. Но из-за крайне напряженной работы, поездок Чайковский не мог систематически следить за литературой. Чехова как писателя он узнал только весной 1887 года. Петр Ильич жил тогда в усадьбе Майданово, вблизи Клина. По вечерам, отдыхая от напряженной работы, композитор любил чтение вслух. Читал обычно кто-либо из гостей, чаще всего друг Чайковского, известный музыкальный критик, профессор консерватории Н. Д. Кашкин. И вот в одной из газет на глаза П. Чайковскому и Н. Кашкину попадается рассказ «Миряне» (более позднее его название – «Письмо»). Рассказ настолько понравился композитору, что был прочитан два раза подряд. Впечатление от него было настолько велико, что Чайковский послал Чехову восторженное письмо, которое, правда, затерялось и не дошло до писателя.
    Личное же знакомство Чехова и Чайковского состоялось в декабре 1888 года в Петербурге у брата композитора Модеста Ильича. «Чайковский – хороший человек и не похож на полубога», - писал Чехов под впечатлением встречи. К этому времени Чайковский знал уже многие произведения А. П. Чехова и видел в нем большие творческие возможности. «Имеете ли Вы понятие о большом новом русском таланте, Чехове? – спрашивает Чайковский в письме одного из своих знакомых. – Если нет, то я охотно перешлю Вам его рассказы. По-моему, это будущий столп нашей словесности».
    Еще во время встречи с Чайковским у Чехова возникла мысль посвятить композитору новую книгу рассказов. 12 октября 1889 года Чехов письменно обратился к Чайковскому с просьбой разрешить это посвящение, но прошел лишь день, и Петр Ильич запросто зашел к писателю «с благодарностью», как он сам говорил. Можно представить, какой радостью просияли глаза Антона Павловича, когда в маленькой прихожей своей квартиры он неожиданно увидел Чайковского!
    Как рассказывает присутствовавший на встрече брат писателя, они «разговаривали о музыке и литературе». Однако это была не просто дружеская беседа, а большой разговор о совместной творческой работе: « Они обсуждали содержание будущего либретто для оперы «Бэла».Он хотел, чтобы это либретто написал для него по Лермонтову брат Антон». Перспектива совместной работы с композитором была необычайно увлекательна для Чехова. «Антон Павлович был счастлив», - сказала сестра писателя о его душевном состоянии после встречи с Чайковским. А Модесту Ильичу, сообщая о встрече с композитором, Чехов писал: «Ужасно горжусь и радуюсь».
    Вскоре после ухода Чайковского в доме Чеховых раздался звонок и посыльный передал Антону Павловичу пакет. Там было письмо: «Посылаю при сем свою фотографию и убедительно прошу вручить посыльному Вашу! Достаточно ли я выразил Вам свою благодарность за посвящение? Мне кажется, что нет, а потому еще скажу Вам, что я глубоко тронут (подчеркнуто Чайковским) вниманием Вашим».На фотографии рукой Чайковского написано: «А. П. Чехову от пламенного почитателя. 14 октября 1889 года». Антон Павлович выполнил просьбу композитора и послал ему фотографию и сборник рассказов. На фотографии он написал: «Петру Ильичу на память о сердечно преданном и благодарном почитателе Чехове», а на книге – «Петру Ильичу Чайковскому от будущего либреттиста». В ответном письме Чехов образно выразил свое отношение К Чайковскому: «Очень, очень тронут, дорогой Петр Ильич, и бесконечно благодарю Вас. Посылаю вам фотографию и книгу, послал бы даже солнце, если бы оно принадлежало мне».
    Эти письма приближают к нам события памятного дня для Чехова: мы точно ощущаем интонацию беседы великих современников.
    Через несколько дней Чехов тронут новым знаком внимания Чайковского: композитор прислал ему билет на цикл симфонических концертов Русского музыкального общества в сезон 1889-1890 г. г. Сам Чайковский принимал большое участие в подготовке этого цикла симфонических концертов.
    Антон Павлович особенно тщательно готовил к печати книгу, посвященную П. И. Чайковскому. 16 марта 1890 года Чехов писал брату композитора Модесту Ильичу: «Через 1,5-2 недели выйдет в свет моя книжка, посвященная Петру Ильичу. Я готов день и ночь стоять почетным караулом у крыльца того дома, где живет Петр Ильич – до такой степени я уважаю его. Если говорить о рангах, то в русском искусстве он занимает второе место после Льва Толстого, который давно уже сидит на первом (третье я отдаю Репину, а себе беру девяносто восьмое)». Чайковский, услышав об этой исключительно высокой оценке, отозвался в письме к брату: «Не можешь себе представить, как мне приятны слова Чехова обо мне».
    Ранней весной 1890 года вышел в свет сборник рассказов Чехова «Хмурые люди». Раскрыв книгу, читатель увидел на ее первой странице слова «Посвящается Петру Ильичу Чайковскому». Обстоятельства помешали Чайковскому сразу ответить на посвящение книги, но чуть позднее, в 1891 году он напишет Чехову, что страшно гордится посвящением сборника, и что несколько раз порывался написать Антону Павловичу большое письмо, чтобы объяснить, какие именно свойства дарования писателя «так обстоятельно и пленительно на него действуют», но так и не смог написать. «Очень трудно музыканту высказать словами, что и как он чувствует по поводу того или иного художественного явления», - говорил в свое оправдание композитор.
    Не суждено было осуществиться планам совместной творческой работы над оперой «Бэла». В апреле 1890 года Чехов отправился на Сахалин, а в 1891 году уехал за границу. По возвращении из поездки в 1892 году Чехов оставил Москву и перебрался в Мелихово. В то же время Петр Ильич Чайковский был занят созданием опер «Пиковая дама», «Иоланта», балета «Щелкунчик». В то же время очень редко бывал в Москве лишь наездами, многие годы проводя в поездках по России и за границей.
    25 октября 1893 года весь мир узнал о внезапной кончине Чайковского. Чехов телеграфировал брату композитора: «Известие поразило меня. Страшная тоска… Я глубоко уважал и любил Петра Ильича, многим ему обязан». Эти взволнованные слова лучше всего говорят о том, чем был Чайковский для писателя. Чехов до конца своих дней оставался горячим поклонником творчества композитора. Вот так складывались интересные и своеобразные отношения двух замечательных талантов земли русской.


    Литература:

    Балабанович Е. Чехов и Чайковский. – М.: Московский рабочий, 1978. – 184 с.
    Балабанович Е. Из жизни Чехова: Дом в Кудрине. – М.: Моск. Рабочий, 1976. – 288 с.
    Громов Л. П. Чехов и Чайковский: Чеховские чтения. Таганрог, 1972. – Ростов-на-Дону, Изд-во Ростовского ун-та, 1974. – с. 5-20

    Подготовила:


    Бойко З. А., зав. отделом нотно-музыкальной литературы ЦГПБ имени А. П. Чехова 1991 г.



Создание сайта ® ЦГПБ имени А.П.Чехова, 2010
Разработка и создание сайта
Яндекс.Метрика